Определение Конституционного Суда РФ от 24.12.2013 N 2125-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Малкова Андрея Михайловича на нарушение его конституционных прав статьями 29.9, 30.7 и 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях"

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 декабря 2013 г. N 2125-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ

ГРАЖДАНИНА МАЛКОВА АНДРЕЯ МИХАЙЛОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ

ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЯМИ 29.9, 30.7

И 30.17 КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.М. Малкова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.М. Малков оспаривает конституционность Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, как не позволяющего прекращать дело об административном правонарушении и освобождать лицо от административной ответственности при его примирении с потерпевшим и заглаживании причиненного вреда. Тем самым заявитель фактически оспаривает в указанном аспекте положения статей 29.9 "Виды постановлений и определений по делу об административном правонарушении", 30.7 "Решение по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении" и 30.17 "Виды постановлений, принимаемых по результатам рассмотрения в порядке надзора жалобы, протеста" КоАП Российской Федерации.

Как следует из представленных материалов, постановлением судьи Миасского городского суда Челябинской области, оставленным без изменения решением судьи Челябинского областного суда, А.М. Малков был привлечен к административной ответственности в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на один год по части 1 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации за нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего. В ходе рассмотрения дела потерпевший просил не лишать правонарушителя права управления транспортными средствами в связи с примирением с ним и заглаживанием причиненного вреда (в дальнейшем он, наряду с А.М. Малковым, обжаловал постановление по делу об административном правонарушении по данному основанию), однако судья Челябинского областного суда в решении указал, что данные обстоятельства не являются безусловным основанием для отмены или изменения постановления суда.

Как утверждает заявитель, при идентичности задач уголовного законодательства и законодательства об административных правонарушениях Уголовный кодекс Российской Федерации за нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека (часть первая статьи 264), позволяет освобождать правонарушителя от уголовной ответственности при его примирении с потерпевшим и заглаживании причиненного вреда (статья 76), тогда как Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях за нарушение правил дорожного движения, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего (часть 1 статьи 12.24), такого основания для освобождения от административной ответственности не предусматривает. По мнению заявителя, нормы данного Кодекса, не позволяющие прекращать дело об административном правонарушении и освобождать лицо от административной ответственности при его примирении с потерпевшим и заглаживании причиненного вреда, не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 1), 19 (часть 1) и 46.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные А.М. Малковым материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, вытекающий из статей 19, 54 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип соразмерности правонарушения и мер юридической ответственности, выражающийся в уголовном праве в требовании соразмерности наказания совершенному преступлению, обязывает федерального законодателя устанавливать меры уголовной ответственности, адекватные общественной опасности преступления, отграничивая при этом запрещенные уголовным законом деяния и уголовные наказания от административных правонарушений и мер административной ответственности, не допуская смешения оснований и видов уголовной и административной ответственности (Постановление от 27 мая 2008 года N 8-П).

Исходя из этого федеральный законодатель дифференцировал составы правонарушений, определенные частью 1 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации и частью первой статьи 264 УК Российской Федерации, по степени общественной опасности (вредности), учитывая характер причиненного вреда здоровью человека (легкий, средний, тяжкий), и предусмотрел соответствующие меры уголовной ответственности (ограничение свободы на срок до трех лет, либо принудительные работы на срок до двух лет с лишением права управлять транспортным средством на срок до трех лет или без такового, либо арест на срок до шести месяцев, либо лишение свободы на срок до двух лет с лишением права управлять транспортным средством на срок до трех лет или без такового) и административной ответственности (наложение административного штрафа в размере от двух тысяч пятисот до пяти тысяч рублей или лишение права управления транспортными средствами на срок от одного года до полутора лет). При этом в качестве преступления определено то деяние, которое влечет за собой причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Учитывая степень общественной опасности деяния и его возможные последствия, федеральный законодатель при совершении лицом впервые преступления небольшой или средней тяжести для эффективного достижения целей уголовного наказания предусмотрел освобождение правонарушителя от уголовной ответственности при условии его примирения с потерпевшим и заглаживания причиненного потерпевшему вреда (статья 76 УК Российской Федерации). Это само по себе не означает освобождение от публично-правовой ответственности правонарушителя за совершение данного деяния, а именно административной ответственности, с возможностью назначения административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами. В противном случае цели наказания - предупреждение совершения новых правонарушений как самими правонарушителями, так и другими лицами (статья 1.2 и часть 1 статьи 3.1 КоАП Российской Федерации) - не были бы достигнуты.

Таким образом, освобождение лица от уголовной ответственности за совершение деяния, запрещенного частью первой статьи 264 УК Российской Федерации, в связи с примирением с потерпевшим и заглаживанием причиненного ему вреда федеральным законодателем предусмотрено с учетом установленного частью 1 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации состава административного правонарушения, который отличается от указанного состава преступления степенью тяжести вреда, причиненного здоровью человека, а также с учетом возможности применения к правонарушителю - для достижения целей публично-правовой ответственности - мер административной ответственности.

Что касается освобождения от административной ответственности за совершение административного правонарушения (в том числе предусмотренного частью 1 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации), то данный Кодекс допускает возможность его применения в качестве единственной альтернативы назначению административного наказания - при малозначительности совершенного правонарушения, когда действие или бездействие хотя формально и содержит признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного деяния и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляет существенного нарушения охраняемых общественных отношений (статья 2.9) (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 января 2013 года N 1-П).

При этом примирение с потерпевшим и заглаживание причиненного ему вреда как обстоятельство, смягчающее административную ответственность (статья 4.2 КоАП Российской Федерации), подтвержденное ходатайством потерпевшего, может стать основанием для оценки совершенного административного правонарушения как малозначительного.

Таким образом, оспариваемые положения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривают возможность учета примирения лица, совершившего административное правонарушение, с потерпевшим и заглаживания причиненного вреда, а потому его положения не могут расцениваться как нарушающие конституционные права А.М. Малкова в обозначенном им аспекте.

Проверка же законности и обоснованности решений правоприменительных органов, в том числе судов, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относится.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Малкова Андрея Михайловича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН