Аналогия закона в административном праве
Подборка наиболее важных документов по запросу Аналогия закона в административном праве (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Апелляционное определение Ярославского областного суда от 06.09.2023 по делу N 33-6158/2023 (УИД 76RS0014-01-2023-001350-18)
Категория спора: Причинение вреда органами власти.
Требования потерпевшего: 1) О взыскании вреда, причиненного незаконным привлечением к административной ответственности; 2) О взыскании компенсации морального вреда.
Обстоятельства: В отношении истца был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ. Впоследствии судебным актом производство по делу об административном правонарушении было прекращено в связи с отсутствием в действиях истца признаков состава административного правонарушения. Истцом были понесены расходы, он переживал, испытывал нравственные страдания.
Решение: Удовлетворено в части.
Процессуальные вопросы: О возмещении расходов по уплате государственной пошлины - удовлетворено.В силу п. 8 ч. 1 ст. 13 ФЗ от 07.02.2011 года N 3-ФЗ "О полиции" для выполнения возложенных на полицию обязанностей ей предоставляется право составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях. Аналогичное право предоставлено Госавтоинспекции подп. 5 п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД РФ, утв. Указом Президента РФ от 15.06.1998 года N 711, согласно которому Госавтоинспекция для выполнения возложенных на нее обязанностей имеет, в том числе, право составлять протоколы об административных правонарушениях, назначать в пределах своей компетенции административные наказания юридическим лицам, должностным лицам и гражданам, совершившим административное правонарушение, применять иные меры, предусмотренные КоАП РФ.
Категория спора: Причинение вреда органами власти.
Требования потерпевшего: 1) О взыскании вреда, причиненного незаконным привлечением к административной ответственности; 2) О взыскании компенсации морального вреда.
Обстоятельства: В отношении истца был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ. Впоследствии судебным актом производство по делу об административном правонарушении было прекращено в связи с отсутствием в действиях истца признаков состава административного правонарушения. Истцом были понесены расходы, он переживал, испытывал нравственные страдания.
Решение: Удовлетворено в части.
Процессуальные вопросы: О возмещении расходов по уплате государственной пошлины - удовлетворено.В силу п. 8 ч. 1 ст. 13 ФЗ от 07.02.2011 года N 3-ФЗ "О полиции" для выполнения возложенных на полицию обязанностей ей предоставляется право составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях. Аналогичное право предоставлено Госавтоинспекции подп. 5 п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД РФ, утв. Указом Президента РФ от 15.06.1998 года N 711, согласно которому Госавтоинспекция для выполнения возложенных на нее обязанностей имеет, в том числе, право составлять протоколы об административных правонарушениях, назначать в пределах своей компетенции административные наказания юридическим лицам, должностным лицам и гражданам, совершившим административное правонарушение, применять иные меры, предусмотренные КоАП РФ.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Контекстные ограничения уголовно-правовой интерпретации
(Ларионов П.А.)
("Электронное приложение к "Российскому юридическому журналу", 2023, N 1)2. Запрет аналогии закона. Запрет аналогии закона установлен не только в уголовном праве, но и в иных охранительных отраслях (например, административно-деликтном праве), тем не менее сфера его применения ограничена лишь этими отраслями. Отсюда отнесение данного правила к контекстным ограничениям, свойственным именно уголовному праву, видится оправданным.
(Ларионов П.А.)
("Электронное приложение к "Российскому юридическому журналу", 2023, N 1)2. Запрет аналогии закона. Запрет аналогии закона установлен не только в уголовном праве, но и в иных охранительных отраслях (например, административно-деликтном праве), тем не менее сфера его применения ограничена лишь этими отраслями. Отсюда отнесение данного правила к контекстным ограничениям, свойственным именно уголовному праву, видится оправданным.
Статья: Некоторые вопросы применения общих положений Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в практике Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации (2019 - 2021 годы)
(Ячменев Г.Г.)
("Арбитражные споры", 2022, N 2)<31> О применении аналогии закона при рассмотрении дел об административных правонарушениях см.: Нобель А.Р. Элементы принципа законности по делам об административных правонарушениях // Административное право и процесс. 2022. N 1. С. 44 - 45.
(Ячменев Г.Г.)
("Арбитражные споры", 2022, N 2)<31> О применении аналогии закона при рассмотрении дел об административных правонарушениях см.: Нобель А.Р. Элементы принципа законности по делам об административных правонарушениях // Административное право и процесс. 2022. N 1. С. 44 - 45.
Нормативные акты
Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 05.09.2024 N АПЛ24-313
<Об оставлении без изменения Решения Верховного Суда РФ от 11.06.2024 N АКПИ24-143, которым было отказано в удовлетворении заявления о признании частично недействующим пункта 1 Постановления Правительства РФ от 22.09.1993 N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской Федерации">Утверждение в апелляционной жалобе о том, что судьей неправильно определен предмет заявленного требования, основано на ошибочном понимании административным истцом норм административного права.
<Об оставлении без изменения Решения Верховного Суда РФ от 11.06.2024 N АКПИ24-143, которым было отказано в удовлетворении заявления о признании частично недействующим пункта 1 Постановления Правительства РФ от 22.09.1993 N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской Федерации">Утверждение в апелляционной жалобе о том, что судьей неправильно определен предмет заявленного требования, основано на ошибочном понимании административным истцом норм административного права.
Решение Верховного Суда РФ от 21.01.2019 N АКПИ18-1207
<Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующим пункта 3.5 приложения к положению "Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства", утв. Банком России 19.09.2014 N 432-П>Вопреки утверждению административного истца оспариваемое нормативное положение не противоречит статьям 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункту "б" пункта 18 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ и не нарушает право потерпевшего на полное возмещение вреда, поскольку оно не устанавливает предписаний, которые по своему правовому содержанию препятствуют возмещению потерпевшему убытков в размере, предусмотренном приведенными законоположениями, и не наделяет страховщика, как ошибочно полагает административный истец, правом уменьшать на 10 процентов размер расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, определенный независимой технической экспертизой.
<Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующим пункта 3.5 приложения к положению "Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства", утв. Банком России 19.09.2014 N 432-П>Вопреки утверждению административного истца оспариваемое нормативное положение не противоречит статьям 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункту "б" пункта 18 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ и не нарушает право потерпевшего на полное возмещение вреда, поскольку оно не устанавливает предписаний, которые по своему правовому содержанию препятствуют возмещению потерпевшему убытков в размере, предусмотренном приведенными законоположениями, и не наделяет страховщика, как ошибочно полагает административный истец, правом уменьшать на 10 процентов размер расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, определенный независимой технической экспертизой.
"Пробелы в праве в условиях цифровизации: сборник научных трудов"
(под общ. ред. Д.А. Пашенцева, М.В. Залоило)
("Инфотропик Медиа", 2022)Во избежание произвола, неоправданного превышения легитимных пределов усмотрения уполномоченных субъектов использование правоприменительным органами института аналогии должно быть обоснованным и мотивированным (в частности, в мотивировочной части решения необходимо указывать причины применения аналогии к каждому конкретному случаю) <13>. Правомерность усмотрения служит основным признаком законности решения, принятого как на основе аналогии закона, так и с применением аналогии права.
(под общ. ред. Д.А. Пашенцева, М.В. Залоило)
("Инфотропик Медиа", 2022)Во избежание произвола, неоправданного превышения легитимных пределов усмотрения уполномоченных субъектов использование правоприменительным органами института аналогии должно быть обоснованным и мотивированным (в частности, в мотивировочной части решения необходимо указывать причины применения аналогии к каждому конкретному случаю) <13>. Правомерность усмотрения служит основным признаком законности решения, принятого как на основе аналогии закона, так и с применением аналогии права.
"Собственность в гражданском праве"
(6-е издание, исправленное и дополненное)
(Скловский К.И.)
("Статут", 2023)Всякую принудительную меру следует рассматривать как дозволенное правовой нормой негативное изменение статуса личности, организации. Только в правовых рамках уполномоченные государством органы и должностные лица могут ограничивать права и свободы субъектов прав (Бахрах Д.Н., Россинский Б.В., Старилов Ю.Н. Административное право: Учебник для вузов. 2-е изд. М., 2005. С. 490 - 491). Аналогичное суждение приводит И.С. Штода: "...государственное принуждение имеет нормативный характер, или нормативность государственного принуждения. Нормативный характер государственного принуждения заключается в том, что оно осуществляется органами государства в рамках их компетенции, установленной конституцией и законами, не противоречащими конституции, и в соответствии с установленной конституцией и такими законами процедурой"; "во-вторых, нормативность государственного принуждения означает, что государственное принуждение осуществляется по установленному законом процессу, или процедуре, а главным юрисдикционным государственным органом, который в конечном счете определяет правомерность применения государственного принуждения, контролирует государственное принуждение, выступает суд" (Штода И.С. Государственное принуждение в современной России: теоретико-правовое исследование: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2015. С. 41 - 43). То же отмечает М.А. Латушкин: "Способом реализации государственно-правового принуждения является применение права в рамках особых правоприменительных производств, режимов и способов" (Латушкин М.А. Обеспечение законности мер государственно-правового принуждения (теоретико-правовой аспект): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2011. С. 16).
(6-е издание, исправленное и дополненное)
(Скловский К.И.)
("Статут", 2023)Всякую принудительную меру следует рассматривать как дозволенное правовой нормой негативное изменение статуса личности, организации. Только в правовых рамках уполномоченные государством органы и должностные лица могут ограничивать права и свободы субъектов прав (Бахрах Д.Н., Россинский Б.В., Старилов Ю.Н. Административное право: Учебник для вузов. 2-е изд. М., 2005. С. 490 - 491). Аналогичное суждение приводит И.С. Штода: "...государственное принуждение имеет нормативный характер, или нормативность государственного принуждения. Нормативный характер государственного принуждения заключается в том, что оно осуществляется органами государства в рамках их компетенции, установленной конституцией и законами, не противоречащими конституции, и в соответствии с установленной конституцией и такими законами процедурой"; "во-вторых, нормативность государственного принуждения означает, что государственное принуждение осуществляется по установленному законом процессу, или процедуре, а главным юрисдикционным государственным органом, который в конечном счете определяет правомерность применения государственного принуждения, контролирует государственное принуждение, выступает суд" (Штода И.С. Государственное принуждение в современной России: теоретико-правовое исследование: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2015. С. 41 - 43). То же отмечает М.А. Латушкин: "Способом реализации государственно-правового принуждения является применение права в рамках особых правоприменительных производств, режимов и способов" (Латушкин М.А. Обеспечение законности мер государственно-правового принуждения (теоретико-правовой аспект): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2011. С. 16).
Статья: Дискреционные административные акты: проблемы определения и судебного контроля
(Шерстобоев О.Н.)
("Журнал российского права", 2022, N 6)Проверяемость - это определяющий шаг к подконтрольности, поэтому юридическое оформление дискреции во многом происходит благодаря судам, в руках которых на определенном этапе оказываются оспариваемые дискреционные акты. Важное значение здесь приобрело требование мотивировать властные решения администрации, без которого, как указывает В. Де Фалько, невозможно было бы определить пределы свободы усмотрения: "Этот принцип глубоко укоренился в Европе, как в Западной Европе, так и в Центральной и Восточной Европе, во всем опыте общего права, в Латинской Америке и во всех странах, которые приняли более развитые модели административного права" <29>. Не случайно к аналогичным выводам приходят представители разных правовых систем, например немецкой <30> и британской <31>. Мотивировать административный акт возможно через соотнесение его с законной целью, которой органы управления должны следовать. В России еще в начале XX в. А.И. Елистратов интерпретировал такую цель как "высший критерий" проверяемости акта: "Судья, призванный к толкованию цели закона, неизбежно поднимется от формул закона к тем общественным интересам, которым должен служить закон" <32>. Очевидно, что любые действия администрации направлены на достижение значимого в правовой системе результата, и часто он имеет легальное воплощение. Вторым важным критерием оценки правомерности дискреционного акта традиционно выступают легальные границы, в которых орган, принимающий такой акт, реализует свои полномочия.
(Шерстобоев О.Н.)
("Журнал российского права", 2022, N 6)Проверяемость - это определяющий шаг к подконтрольности, поэтому юридическое оформление дискреции во многом происходит благодаря судам, в руках которых на определенном этапе оказываются оспариваемые дискреционные акты. Важное значение здесь приобрело требование мотивировать властные решения администрации, без которого, как указывает В. Де Фалько, невозможно было бы определить пределы свободы усмотрения: "Этот принцип глубоко укоренился в Европе, как в Западной Европе, так и в Центральной и Восточной Европе, во всем опыте общего права, в Латинской Америке и во всех странах, которые приняли более развитые модели административного права" <29>. Не случайно к аналогичным выводам приходят представители разных правовых систем, например немецкой <30> и британской <31>. Мотивировать административный акт возможно через соотнесение его с законной целью, которой органы управления должны следовать. В России еще в начале XX в. А.И. Елистратов интерпретировал такую цель как "высший критерий" проверяемости акта: "Судья, призванный к толкованию цели закона, неизбежно поднимется от формул закона к тем общественным интересам, которым должен служить закон" <32>. Очевидно, что любые действия администрации направлены на достижение значимого в правовой системе результата, и часто он имеет легальное воплощение. Вторым важным критерием оценки правомерности дискреционного акта традиционно выступают легальные границы, в которых орган, принимающий такой акт, реализует свои полномочия.
Статья: Необходима ли необходимая оборона в КоАП РФ?
(Андрюхин Н.Г.)
("Административное право и процесс", 2022, N 5)<10> Попугаев Ю.И. О необходимости дифференциации размеров административных и аналогичных уголовных наказаний с учетом степени общественной опасности деяний // Административное право и процесс. 2014. N 2. С. 43 - 46.
(Андрюхин Н.Г.)
("Административное право и процесс", 2022, N 5)<10> Попугаев Ю.И. О необходимости дифференциации размеров административных и аналогичных уголовных наказаний с учетом степени общественной опасности деяний // Административное право и процесс. 2014. N 2. С. 43 - 46.
Статья: Уголовная и административная ответственность юридических лиц в Азербайджанской Республике
(Федоров А.В.)
("Российский следователь", 2025, N 12)Согласно ст. 10 УК Азербайджана уголовный закон, устраняющий преступность деяния и его наказуемость, имеет обратную силу. Аналогично решается вопрос и в административном праве. Статьей 11 КоАП Азербайджана определено, что нормативно-правовые акты, смягчающие или устраняющие ответственность за административные проступки, имеют обратную силу, т.е. распространяются и на проступки, которые были совершены до принятия этих актов, а также на проступки, решения о применении административного взыскания по которым не исполнены полностью.
(Федоров А.В.)
("Российский следователь", 2025, N 12)Согласно ст. 10 УК Азербайджана уголовный закон, устраняющий преступность деяния и его наказуемость, имеет обратную силу. Аналогично решается вопрос и в административном праве. Статьей 11 КоАП Азербайджана определено, что нормативно-правовые акты, смягчающие или устраняющие ответственность за административные проступки, имеют обратную силу, т.е. распространяются и на проступки, которые были совершены до принятия этих актов, а также на проступки, решения о применении административного взыскания по которым не исполнены полностью.
Статья: О некоторых современных тенденциях развития института административной ответственности (на примере экстраординарных (особых) правовых режимов)
(Лифанов Д.М., Хазанов С.Д.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 4)11. Попугаев Ю.И. О необходимости дифференциации размеров административных и аналогичных уголовных наказаний с учетом степени общественной опасности деяний // Административное право и процесс. 2014. N 2. С. 43 - 46.
(Лифанов Д.М., Хазанов С.Д.)
("Сибирское юридическое обозрение", 2024, N 4)11. Попугаев Ю.И. О необходимости дифференциации размеров административных и аналогичных уголовных наказаний с учетом степени общественной опасности деяний // Административное право и процесс. 2014. N 2. С. 43 - 46.
Статья: Административно-правовое регулирование: предмет, метод, система
(Гришин Д.А.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2025, N 3)Во-вторых, являясь законодательством, отнесенным к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, его источниками в соответствии частью 2 статьи 76 Конституции РФ выступают федеральные законы, а также принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативно-правовые акты субъектов Федерации. В связи с этим возникает вопрос: могут ли федеральные конституционные и федеральные законы, не отнесенные к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, относиться к актам административного либо административно-процессуального законодательства, то есть являться источниками административного права? Ответ на данный вопрос имеет принципиальное значение для определения содержания предмета административного права и его источников. Обратимся к решению Конституционного Суда РФ. Постановлением от 9 января 1998 г. N 1-П "По делу о проверке конституционности Лесного кодекса Российской Федерации" <4> установлено, что федеральные конституционные и федеральные законы, не отнесенные к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, могут регулировать лесные отношения, становясь источниками лесного законодательства. Проводя аналогию с административным и административно-процессуальным законодательством, можно утверждать, что и его источниками могут являться федеральные конституционные и федеральные законы, не отнесенные к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов. Сформулированное в части 2 статьи 76 Конституции РФ предписание о том, что по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов РФ издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ, лишь наделяет субъекты РФ нормотворческими полномочиями в сферах, отнесенных Конституцией РФ к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, обеспечивая реализацию базового конституционного принципа построения Российского государства - принципа федерализма, и не может трактоваться как запрет либо препятствие в осуществлении нормативно-правового регулирования соответствующих сфер федеральными конституционными и федеральными законами. В соответствии с пунктом "а" статьи 71 Конституции РФ принятие всех федеральных законов находится в ведении Российской Федерации, а не в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов и монопольно осуществляется Государственной Думой Федерального Собрания в порядке, регламентируемом статьями 104 - 108 Конституции РФ. Единственной особенностью рассмотрения проектов федеральных законов по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации является процедура их согласования с субъектами Российской Федерации (ст. 109) <5>. Таким образом, источниками административного и административно-процессуального законодательства могут являться федеральные конституционные, федеральные законы и принятые в соответствии с ними подзаконные нормативно-правовые акты. Данные нормативно-правовые акты должны иметь межотраслевой (комплексный) характер правового регулирования. Например, Закон РФ от 21 июля 1993 г. N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" <6>, являясь источником административного права, содержит в себе нормы таких отраслей права, как финансовое право (ст. 9 "Финансовое обеспечение уголовно-исполнительной системы", ст. 34 "Государственное страхование и возмещение ущерба в случае смерти (гибели) или увечья рабочих и служащих учреждений, исполняющих наказания, и следственных изоляторов"), гражданское право (ст. 11 "Имущество уголовно-исполнительной системы"), уголовно-исполнительное право (ст. 15 "Исполнение уголовных наказаний в учреждениях, исполняющих наказания" и др.).
(Гришин Д.А.)
("Вестник Пермского университета. Юридические науки", 2025, N 3)Во-вторых, являясь законодательством, отнесенным к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, его источниками в соответствии частью 2 статьи 76 Конституции РФ выступают федеральные законы, а также принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативно-правовые акты субъектов Федерации. В связи с этим возникает вопрос: могут ли федеральные конституционные и федеральные законы, не отнесенные к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, относиться к актам административного либо административно-процессуального законодательства, то есть являться источниками административного права? Ответ на данный вопрос имеет принципиальное значение для определения содержания предмета административного права и его источников. Обратимся к решению Конституционного Суда РФ. Постановлением от 9 января 1998 г. N 1-П "По делу о проверке конституционности Лесного кодекса Российской Федерации" <4> установлено, что федеральные конституционные и федеральные законы, не отнесенные к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, могут регулировать лесные отношения, становясь источниками лесного законодательства. Проводя аналогию с административным и административно-процессуальным законодательством, можно утверждать, что и его источниками могут являться федеральные конституционные и федеральные законы, не отнесенные к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов. Сформулированное в части 2 статьи 76 Конституции РФ предписание о том, что по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов РФ издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ, лишь наделяет субъекты РФ нормотворческими полномочиями в сферах, отнесенных Конституцией РФ к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, обеспечивая реализацию базового конституционного принципа построения Российского государства - принципа федерализма, и не может трактоваться как запрет либо препятствие в осуществлении нормативно-правового регулирования соответствующих сфер федеральными конституционными и федеральными законами. В соответствии с пунктом "а" статьи 71 Конституции РФ принятие всех федеральных законов находится в ведении Российской Федерации, а не в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов и монопольно осуществляется Государственной Думой Федерального Собрания в порядке, регламентируемом статьями 104 - 108 Конституции РФ. Единственной особенностью рассмотрения проектов федеральных законов по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации является процедура их согласования с субъектами Российской Федерации (ст. 109) <5>. Таким образом, источниками административного и административно-процессуального законодательства могут являться федеральные конституционные, федеральные законы и принятые в соответствии с ними подзаконные нормативно-правовые акты. Данные нормативно-правовые акты должны иметь межотраслевой (комплексный) характер правового регулирования. Например, Закон РФ от 21 июля 1993 г. N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" <6>, являясь источником административного права, содержит в себе нормы таких отраслей права, как финансовое право (ст. 9 "Финансовое обеспечение уголовно-исполнительной системы", ст. 34 "Государственное страхование и возмещение ущерба в случае смерти (гибели) или увечья рабочих и служащих учреждений, исполняющих наказания, и следственных изоляторов"), гражданское право (ст. 11 "Имущество уголовно-исполнительной системы"), уголовно-исполнительное право (ст. 15 "Исполнение уголовных наказаний в учреждениях, исполняющих наказания" и др.).
Статья: Лишение права управления транспортными средствами как вид административного наказания
(Панкова О.В.)
("Безопасность дорожного движения", 2023, N 4)Таким образом, субъектами административных правонарушений, за совершение которых предусмотрено лишение права управления транспортными средствами в качестве безальтернативного наказания, могут быть только водители, у которых на момент совершения административного правонарушения соответствующее право имелось, в том числе те, которые на момент рассмотрения дела в первой или последующих судебных инстанциях утратили его на основании ст. 28 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ в связи с истечением срока действия водительского удостоверения или по состоянию здоровья [12].
(Панкова О.В.)
("Безопасность дорожного движения", 2023, N 4)Таким образом, субъектами административных правонарушений, за совершение которых предусмотрено лишение права управления транспортными средствами в качестве безальтернативного наказания, могут быть только водители, у которых на момент совершения административного правонарушения соответствующее право имелось, в том числе те, которые на момент рассмотрения дела в первой или последующих судебных инстанциях утратили его на основании ст. 28 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ в связи с истечением срока действия водительского удостоверения или по состоянию здоровья [12].
Статья: Контрольные (надзорные) мероприятия по законодательству Российской Федерации: виды, содержание и цели применения
(Соловьев А.А.)
("Административное право и процесс", 2024, N 9)<1> Евдокимов А.С., Сергун П.П. Система профилактических мероприятий, применяемых при осуществлении государственного контроля (надзора): оценка регулирующего воздействия // Административное право и процесс. 2023. N 7. С. 53 - 59.
(Соловьев А.А.)
("Административное право и процесс", 2024, N 9)<1> Евдокимов А.С., Сергун П.П. Система профилактических мероприятий, применяемых при осуществлении государственного контроля (надзора): оценка регулирующего воздействия // Административное право и процесс. 2023. N 7. С. 53 - 59.
Статья: Нормативная база для экспертизы на предмет сходства до степени смешения с целью правоприменения статей 14.10 КоАП РФ и 180 УК РФ
(Щегринцев С.Н.)
("ИС. Промышленная собственность", 2022, N 11)Таким образом, на основании вышеуказанного разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ N 11 нормативные и методические правила сходства до степени смешения, однородности товаров и сходства до степени (вероятности) введения потребителя в заблуждение относительно товара или его изготовителя, установленные для экспертизы заявленного обозначения [4 - 7] и образующие метод патентоведческой экспертизы, то есть метод, используемый в рамках гражданского законодательства РФ, применимы (с учетом вышеуказанных замечаний) в рамках судебного усмотрения в форме применения аналогии закона в условиях правового пробела и для целей установления факта сходства с чужим товарным знаком или чужим наименованием места происхождения товара обозначений, незаконно используемых для однородных товаров (и только для однородных, а не любых товаров) как элемента состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.10 КоАП РФ, то есть в рамках административного права.
(Щегринцев С.Н.)
("ИС. Промышленная собственность", 2022, N 11)Таким образом, на основании вышеуказанного разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ N 11 нормативные и методические правила сходства до степени смешения, однородности товаров и сходства до степени (вероятности) введения потребителя в заблуждение относительно товара или его изготовителя, установленные для экспертизы заявленного обозначения [4 - 7] и образующие метод патентоведческой экспертизы, то есть метод, используемый в рамках гражданского законодательства РФ, применимы (с учетом вышеуказанных замечаний) в рамках судебного усмотрения в форме применения аналогии закона в условиях правового пробела и для целей установления факта сходства с чужим товарным знаком или чужим наименованием места происхождения товара обозначений, незаконно используемых для однородных товаров (и только для однородных, а не любых товаров) как элемента состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.10 КоАП РФ, то есть в рамках административного права.