Криптовалюта как объект гражданских прав
Подборка наиболее важных документов по запросу Криптовалюта как объект гражданских прав (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2025 год: Статья 128 "Объекты гражданских прав" ГК РФ"Ссылки апеллянта на то, что биткоины не являются объектами гражданских прав по смыслу ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации, не свидетельствует о возникновении на стороне ответчика неосновательного обогащения.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Понятия цифровой валюты и криптовалюты, их отличия
(Гейкина И.В.)
("Нотариальный вестник", 2023, N 7)Цифровая валюта как объект гражданских прав
(Гейкина И.В.)
("Нотариальный вестник", 2023, N 7)Цифровая валюта как объект гражданских прав
Нормативные акты
Постановление Конституционного Суда РФ от 20.01.2026 N 2-П
"По делу о проверке конституционности части 6 статьи 14 Федерального закона "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина Тимченко Дмитрия Игоревича"Судебная защита гражданских прав, связанных с обладанием цифровыми валютами и со сделками (операциями) с ними, осложнялась и отсутствием единообразного понимания гражданско-правового режима цифровых валют в судебной практике. В деле Д.И. Тимченко, например, суд изначально квалифицировал предмет спора как имущество, но отметил, что истец должен нести риск потери или уменьшения переданного добровольно имущества, поскольку результат сделки с ответчиком мог быть и недостижим. В ряде других решений суды, напротив, не считали цифровую валюту объектом гражданских прав, оценивая операции с ней как биржевую игру, предпринятую ее участниками на свой страх и риск. Требования, связанные с утратой цифровой валюты (в том числе вследствие передачи во временное пользование или в рамках инвестиционного займа), согласно такому подходу не считаются подлежащими судебной защите по аналогии с предписанием пункта 1 статьи 1062 ГК Российской Федерации, которое применяется к играм и пари (апелляционные определения Ульяновского областного суда от 20 января 2023 года N 33-376/2023, Московского городского суда от 20 марта 2024 года N 33-8939/2024 и суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 2 июля 2024 года N 33-4023/2024; определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 1 апреля 2025 года N 88-9050/2025). Отказывая в судебной защите гражданско-правовых притязаний, связанных с цифровыми валютами, суды также ссылались и на то, что в законодательстве не урегулированы отношения по поводу цифровых валют (постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 10 августа 2023 года по делу N А58-8363/2022) и не регламентирован государственный контроль за их оборотом (постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 17 октября 2024 года N Ф03-4600/2024).
"По делу о проверке конституционности части 6 статьи 14 Федерального закона "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина Тимченко Дмитрия Игоревича"Судебная защита гражданских прав, связанных с обладанием цифровыми валютами и со сделками (операциями) с ними, осложнялась и отсутствием единообразного понимания гражданско-правового режима цифровых валют в судебной практике. В деле Д.И. Тимченко, например, суд изначально квалифицировал предмет спора как имущество, но отметил, что истец должен нести риск потери или уменьшения переданного добровольно имущества, поскольку результат сделки с ответчиком мог быть и недостижим. В ряде других решений суды, напротив, не считали цифровую валюту объектом гражданских прав, оценивая операции с ней как биржевую игру, предпринятую ее участниками на свой страх и риск. Требования, связанные с утратой цифровой валюты (в том числе вследствие передачи во временное пользование или в рамках инвестиционного займа), согласно такому подходу не считаются подлежащими судебной защите по аналогии с предписанием пункта 1 статьи 1062 ГК Российской Федерации, которое применяется к играм и пари (апелляционные определения Ульяновского областного суда от 20 января 2023 года N 33-376/2023, Московского городского суда от 20 марта 2024 года N 33-8939/2024 и суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 2 июля 2024 года N 33-4023/2024; определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 1 апреля 2025 года N 88-9050/2025). Отказывая в судебной защите гражданско-правовых притязаний, связанных с цифровыми валютами, суды также ссылались и на то, что в законодательстве не урегулированы отношения по поводу цифровых валют (постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 10 августа 2023 года по делу N А58-8363/2022) и не регламентирован государственный контроль за их оборотом (постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 17 октября 2024 года N Ф03-4600/2024).
Статья: Криптовалюта как обязательственное право
(Успенский М.А.)
("Закон", 2024, N 10)<16> См., напр.: Егорова М.А., Кожевина О.В. Место криптовалюты в системе объектов гражданских прав // Актуальные проблемы российского права. 2020. N 1. С. 84; Белов В.А. Цифровизация и криптовалюта: отдельные выводы правоприменительной практики // Вестник арбитражной практики. 2023. N 5. С. 37 - 44; Будылин С.Л. Криптоактивы: роль в гражданском обороте и правовая природа // Вестник экономического правосудия РФ. 2023. N 5. С. 74 - 115; Степанченко А.В. К вопросу о правовой сущности // Пермский юридический альманах. Ежегодный научный журнал криптовалюты / под ред. О.А. Кузнецовой, В.Г. Голубцова, Г.Я. Борисевич и др. 2019. N 1. С. 510 - 519.
(Успенский М.А.)
("Закон", 2024, N 10)<16> См., напр.: Егорова М.А., Кожевина О.В. Место криптовалюты в системе объектов гражданских прав // Актуальные проблемы российского права. 2020. N 1. С. 84; Белов В.А. Цифровизация и криптовалюта: отдельные выводы правоприменительной практики // Вестник арбитражной практики. 2023. N 5. С. 37 - 44; Будылин С.Л. Криптоактивы: роль в гражданском обороте и правовая природа // Вестник экономического правосудия РФ. 2023. N 5. С. 74 - 115; Степанченко А.В. К вопросу о правовой сущности // Пермский юридический альманах. Ежегодный научный журнал криптовалюты / под ред. О.А. Кузнецовой, В.Г. Голубцова, Г.Я. Борисевич и др. 2019. N 1. С. 510 - 519.
Статья: Криптовалюта как объект взыскания в исполнительном производстве
(Новоселова Л.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 1)<1> См. разные применимые подходы в публикациях: Новоселова Л.А. О правовой природе биткоина // Хозяйство и право. 2017. N 9. С. 3 - 16; Ефимова Л.Г. Криптовалюты как объект гражданского права // Хозяйство и право. 2019. N 4. С. 17 - 25; Савельев А.И. Криптовалюты в системе объектов гражданских прав // Закон. 2017. N 8. С. 136 - 153; Егорова М.А., Ефимова Л.Г. Понятие криптовалют в контексте совершенствования российского законодательства // Lex Russica. 2019. N 7. С. 130 - 138; Ефимова Л.Г. О правовой природе безналичных денег, цифровой валюты и цифрового рубля // Цивилист. 2022. N 4. С. 6 - 15. См. также: Гузнов А., Михеева Л., Новоселова Л., Авакян Е., Савельев А., Судец И., Чубурков А., Соколов А., Янковский Р., Сарбаш С. Цифровые активы в системе объектов гражданских прав // Закон. 2018. N 5. С. 16 - 30.
(Новоселова Л.А.)
("Вестник гражданского процесса", 2025, N 1)<1> См. разные применимые подходы в публикациях: Новоселова Л.А. О правовой природе биткоина // Хозяйство и право. 2017. N 9. С. 3 - 16; Ефимова Л.Г. Криптовалюты как объект гражданского права // Хозяйство и право. 2019. N 4. С. 17 - 25; Савельев А.И. Криптовалюты в системе объектов гражданских прав // Закон. 2017. N 8. С. 136 - 153; Егорова М.А., Ефимова Л.Г. Понятие криптовалют в контексте совершенствования российского законодательства // Lex Russica. 2019. N 7. С. 130 - 138; Ефимова Л.Г. О правовой природе безналичных денег, цифровой валюты и цифрового рубля // Цивилист. 2022. N 4. С. 6 - 15. См. также: Гузнов А., Михеева Л., Новоселова Л., Авакян Е., Савельев А., Судец И., Чубурков А., Соколов А., Янковский Р., Сарбаш С. Цифровые активы в системе объектов гражданских прав // Закон. 2018. N 5. С. 16 - 30.
"Эволюция права под воздействием цифровых технологий"
(Амелин Р.В., Чаннов С.Е.)
("НОРМА", 2023)В российской практике уже имеются примеры, когда суды отказывались признавать криптовалюты предметом преступления против собственности. Так, Петроградским районным судом г. Санкт-Петербурга 30 июля 2020 г. был вынесен приговор по делу N 1-95/2020 в отношении граждан Пирона П.Д. и Пригожина Е.В., которые, выдавая себя за сотрудников ФСБ, похитили потерпевшего по делу, а затем, угрожая физической расправой, заставили передать им 5 млн руб. наличными и 99,7035 монет Bitcoin. Признав их виновными по ст. 163 и 325 УК РФ, суд вместе с тем удовлетворил иск потерпевшего о возмещении ущерба в рамках данного дела на сумму лишь 5 млн руб., а требование возместить стоимость похищенной криптовалюты суд оставил без рассмотрения по существу. В качестве обоснования судом было указано, что в связи с отсутствием правового статуса признать криптовалюту объектом гражданского права не представляется возможным, данный вид виртуальных денежных средств не подпадает ни под одну из категорий, не является признанным средством платежа на территории РФ, законодателем она отнесена к суррогатам денежных средств. Несмотря на то что указанный приговор был отменен Кассационным определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 24 июня 2021 г. N 77-1411/2021, пока еще нет твердой уверенности в том, какой подход будет использоваться российскими судами в дальнейшем.
(Амелин Р.В., Чаннов С.Е.)
("НОРМА", 2023)В российской практике уже имеются примеры, когда суды отказывались признавать криптовалюты предметом преступления против собственности. Так, Петроградским районным судом г. Санкт-Петербурга 30 июля 2020 г. был вынесен приговор по делу N 1-95/2020 в отношении граждан Пирона П.Д. и Пригожина Е.В., которые, выдавая себя за сотрудников ФСБ, похитили потерпевшего по делу, а затем, угрожая физической расправой, заставили передать им 5 млн руб. наличными и 99,7035 монет Bitcoin. Признав их виновными по ст. 163 и 325 УК РФ, суд вместе с тем удовлетворил иск потерпевшего о возмещении ущерба в рамках данного дела на сумму лишь 5 млн руб., а требование возместить стоимость похищенной криптовалюты суд оставил без рассмотрения по существу. В качестве обоснования судом было указано, что в связи с отсутствием правового статуса признать криптовалюту объектом гражданского права не представляется возможным, данный вид виртуальных денежных средств не подпадает ни под одну из категорий, не является признанным средством платежа на территории РФ, законодателем она отнесена к суррогатам денежных средств. Несмотря на то что указанный приговор был отменен Кассационным определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 24 июня 2021 г. N 77-1411/2021, пока еще нет твердой уверенности в том, какой подход будет использоваться российскими судами в дальнейшем.
Статья: Вопросы гражданско-правовой ответственности участников отношений с использованием цифровых валют
(Ильин Е.В.)
("Власть Закона", 2025, N 3)Прямо предусмотренная Законом возможность использования цифровой валюты в качестве инвестиций является не чем иным, как подтверждением нормативного признания цифровой валюты объектом гражданских прав <4>. Из определения цифровой валюты следует, что лицо, обязанное перед каждым обладателем цифровой валюты, отсутствует. Это свидетельствует об отсутствии эмитента цифровой валюты и, как следствие, отсутствии ответственности перед ее держателями.
(Ильин Е.В.)
("Власть Закона", 2025, N 3)Прямо предусмотренная Законом возможность использования цифровой валюты в качестве инвестиций является не чем иным, как подтверждением нормативного признания цифровой валюты объектом гражданских прав <4>. Из определения цифровой валюты следует, что лицо, обязанное перед каждым обладателем цифровой валюты, отсутствует. Это свидетельствует об отсутствии эмитента цифровой валюты и, как следствие, отсутствии ответственности перед ее держателями.
"Влияние экономических характеристик (показателей) на правовое положение юридических лиц: монография"
(Ефимов А.В.)
("Проспект", 2024)Показательным является пример с криптовалютой. Рассматривая место криптовалюты в системе объектов гражданских прав, А.И. Савельев в 2017 году отмечал, что лучше всего криптовалюта подходит под понятие иного имущества. Вместе с тем он справедливо подчеркнул, что проблема квалификации криптовалюты как иного имущества "заключается в том, что она сопровождается неопределенностью относительно правового режима, применимого к соответствующим договорам. Иными словами, определить на основании данной квалификации, какой именно договор должен опосредовать отношения, связанные с обменом криптовалюты на фиатные деньги или товар (купля-продажа, мена, непоименованный договор), или, например, ответить на вопрос о применимости к отношениям о займе криптовалюты положений главы 42 ГК РФ "Заем и кредит" нельзя" <1>. Общественный резонанс в связи с правовым режимом криптовалюты вызвало Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 мая 2018 года N 09АП-16416/2018 по делу N А40-124668/2017 <2>, в рамках которого криптовалюта была признана иным имуществом в целях его включения в конкурсную массу. Однако такая точечная квалификация не позволяла в целом оценить правовой режим криптовалют. Представляется, что определение правового режима криптовалюты гораздо важнее простой ее квалификации как иного имущества. В ситуации с использованием понятия "иное имущество" нарушается принцип numerus clausus (Typenzwang), что порождает проблемы при правоприменении, когда правоприменительный орган так или иначе должен применить к какому-то "иному" объекту существующее право, т.е. какой-то конкретный правовой режим. Применение к "иному" объекту конкретного правового режима, который уже установлен пусть и для каких-то других объектов, обесценивает само понятие "иное имущество", поскольку реальное значение имеют только обозначенные, поименованные правовые режимы.
(Ефимов А.В.)
("Проспект", 2024)Показательным является пример с криптовалютой. Рассматривая место криптовалюты в системе объектов гражданских прав, А.И. Савельев в 2017 году отмечал, что лучше всего криптовалюта подходит под понятие иного имущества. Вместе с тем он справедливо подчеркнул, что проблема квалификации криптовалюты как иного имущества "заключается в том, что она сопровождается неопределенностью относительно правового режима, применимого к соответствующим договорам. Иными словами, определить на основании данной квалификации, какой именно договор должен опосредовать отношения, связанные с обменом криптовалюты на фиатные деньги или товар (купля-продажа, мена, непоименованный договор), или, например, ответить на вопрос о применимости к отношениям о займе криптовалюты положений главы 42 ГК РФ "Заем и кредит" нельзя" <1>. Общественный резонанс в связи с правовым режимом криптовалюты вызвало Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 мая 2018 года N 09АП-16416/2018 по делу N А40-124668/2017 <2>, в рамках которого криптовалюта была признана иным имуществом в целях его включения в конкурсную массу. Однако такая точечная квалификация не позволяла в целом оценить правовой режим криптовалют. Представляется, что определение правового режима криптовалюты гораздо важнее простой ее квалификации как иного имущества. В ситуации с использованием понятия "иное имущество" нарушается принцип numerus clausus (Typenzwang), что порождает проблемы при правоприменении, когда правоприменительный орган так или иначе должен применить к какому-то "иному" объекту существующее право, т.е. какой-то конкретный правовой режим. Применение к "иному" объекту конкретного правового режима, который уже установлен пусть и для каких-то других объектов, обесценивает само понятие "иное имущество", поскольку реальное значение имеют только обозначенные, поименованные правовые режимы.
Статья: Международное частное право: некоторые тенденции развития, традиционные и новеллизационные институты
(Синицын С.А.)
("Журнал российского права", 2024, N 1)Оборот криптовалюты и возникающие здесь коллизионные вопросы требуют специального регулирования. На текущий момент в международном коммерческом обороте только один сегмент оборота криптовалюты - ее продажа - регулируется по правилам Регламента Рим I (ст. 6 - 2014/65/EU), но и к обоснованности этого решения имеются замечания по существу. Прежде всего следует различать специфику, следующую из особенностей криптовалюты как объекта гражданских прав и разновидности имущества. Очевидно, правила определения применимого права должны различаться по отношению к приобретению криптовалюты на бирже и в криптоматах. В первом случае применимое право должно быть правом государства инкорпорации организатора биржи, во втором - право инкорпорации головной организации, координирующей филиальную сеть криптоматов, при приобретении криптовалюты через посредника - право страны приобретателя. Нельзя согласиться с тем, что цифровые платформы позволяют торговать через мемы (псевдонимы), пользоваться в действительности ошибочной характеристикой интернет-пространства как правового вакуума, последовательно замещаемого "техническим оформлением транзакции за счет использования смарт-контрактов" <32>. Правовое регулирование предпринимательской деятельности криптобанков и криптобирж, во-первых, требует идентификации всех участников, исключая анонимность, и это вопрос не международного частного права, а скорее публичного права; во-вторых, требуется специальное и скоординированное регулирование к эмиссии, размещению и иным актам оборота криптовалюты (залог, кредитование, наследование и т.д.), включая и вопросы коллизионного права. Действительно насущной проблемой является регулирование производства, оборота биткоинов в блокчейне - сложившаяся экосистема этого сегмента пока затрудняет четкость предложений и вариантов решения, делая вопрос сверхактуальным для развития права.
(Синицын С.А.)
("Журнал российского права", 2024, N 1)Оборот криптовалюты и возникающие здесь коллизионные вопросы требуют специального регулирования. На текущий момент в международном коммерческом обороте только один сегмент оборота криптовалюты - ее продажа - регулируется по правилам Регламента Рим I (ст. 6 - 2014/65/EU), но и к обоснованности этого решения имеются замечания по существу. Прежде всего следует различать специфику, следующую из особенностей криптовалюты как объекта гражданских прав и разновидности имущества. Очевидно, правила определения применимого права должны различаться по отношению к приобретению криптовалюты на бирже и в криптоматах. В первом случае применимое право должно быть правом государства инкорпорации организатора биржи, во втором - право инкорпорации головной организации, координирующей филиальную сеть криптоматов, при приобретении криптовалюты через посредника - право страны приобретателя. Нельзя согласиться с тем, что цифровые платформы позволяют торговать через мемы (псевдонимы), пользоваться в действительности ошибочной характеристикой интернет-пространства как правового вакуума, последовательно замещаемого "техническим оформлением транзакции за счет использования смарт-контрактов" <32>. Правовое регулирование предпринимательской деятельности криптобанков и криптобирж, во-первых, требует идентификации всех участников, исключая анонимность, и это вопрос не международного частного права, а скорее публичного права; во-вторых, требуется специальное и скоординированное регулирование к эмиссии, размещению и иным актам оборота криптовалюты (залог, кредитование, наследование и т.д.), включая и вопросы коллизионного права. Действительно насущной проблемой является регулирование производства, оборота биткоинов в блокчейне - сложившаяся экосистема этого сегмента пока затрудняет четкость предложений и вариантов решения, делая вопрос сверхактуальным для развития права.
Статья: Криптоактивы: роль в гражданском обороте и правовая природа
(Будылин С.Л.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 5)Ключевые слова: криптоактивы, криптовалюта, криптотокен, объекты гражданского права, нематериальные активы.
(Будылин С.Л.)
("Вестник экономического правосудия Российской Федерации", 2023, N 5)Ключевые слова: криптоактивы, криптовалюта, криптотокен, объекты гражданского права, нематериальные активы.
Статья: Цифровизация общества и объекты наследственного правопреемства
(Волос А.А.)
("Право. Журнал Высшей школы экономики", 2022, N 3)3. Ефимова Л.Г. Криптовалюты как объект гражданского права // Хозяйство и право. 2019. N 4. С. 17 - 25.
(Волос А.А.)
("Право. Журнал Высшей школы экономики", 2022, N 3)3. Ефимова Л.Г. Криптовалюты как объект гражданского права // Хозяйство и право. 2019. N 4. С. 17 - 25.
Статья: Принципы гражданского права в условиях цифровизации: проблемы методологии исследования
(Волос А.А.)
("Российский юридический журнал", 2022, N 4)Говоря об изучении принципов гражданского права в условиях цифровизации общества, приходится признать, что опробованные приемы не могут в полной мере работать хотя бы потому, что судебная практика еще не сформирована. По отдельным делам есть решения, но они не представляют собой систему и сильно разнятся в плане обоснования. Правда, есть и положительные примеры, когда суды толкуют законодательство, регулирующее "цифровые отношения", с учетом принципов гражданского права. К примеру, суд кассационной инстанции отменил решения нижестоящих судов, пришедших к выводу, что отношения по поводу криптовалюты не могут быть объектом гражданско-правового регулирования. Суд отметил, что на "момент возникновения спорных правоотношений цифровая валюта де-факто существовала, имела некую экономическую ценность, с ней могли совершаться операции по покупке, продаже, обмену, в том числе на вещи, лицами, имеющими материальный интерес в таких операциях". Кроме того, был сделан акцент на диспозитивности гражданско-правового регулирования, открытости перечня объектов по ст. 128 Гражданского кодекса РФ и возможности применения аналогии закона и аналогии права <8>. К сожалению, чаще суды отказывают в признании криптовалюты объектом гражданских прав, что представляется необоснованным исходя из принципов гражданско-правового регулирования, согласно которым то, что прямо не запрещено, разрешено.
(Волос А.А.)
("Российский юридический журнал", 2022, N 4)Говоря об изучении принципов гражданского права в условиях цифровизации общества, приходится признать, что опробованные приемы не могут в полной мере работать хотя бы потому, что судебная практика еще не сформирована. По отдельным делам есть решения, но они не представляют собой систему и сильно разнятся в плане обоснования. Правда, есть и положительные примеры, когда суды толкуют законодательство, регулирующее "цифровые отношения", с учетом принципов гражданского права. К примеру, суд кассационной инстанции отменил решения нижестоящих судов, пришедших к выводу, что отношения по поводу криптовалюты не могут быть объектом гражданско-правового регулирования. Суд отметил, что на "момент возникновения спорных правоотношений цифровая валюта де-факто существовала, имела некую экономическую ценность, с ней могли совершаться операции по покупке, продаже, обмену, в том числе на вещи, лицами, имеющими материальный интерес в таких операциях". Кроме того, был сделан акцент на диспозитивности гражданско-правового регулирования, открытости перечня объектов по ст. 128 Гражданского кодекса РФ и возможности применения аналогии закона и аналогии права <8>. К сожалению, чаще суды отказывают в признании криптовалюты объектом гражданских прав, что представляется необоснованным исходя из принципов гражданско-правового регулирования, согласно которым то, что прямо не запрещено, разрешено.
Статья: К вопросу о включении криптовалюты в состав конкурсной массы должника при банкротстве
(Хорошавин М.Ю.)
("Цивилист", 2024, N 4)В настоящее время наблюдается тенденция роста объемов транзакций криптовалюты. Криптовалюта как объект гражданских прав все больше проникает в различные сферы гражданских правоотношений, включая финансовые операции, инвестиции и онлайн-торговлю. В статье рассматривается вопрос включения криптовалюты как имущества в состав конкурсной массы должника при банкротстве, ставший актуальным в современной судебно-арбитражной практике. Предметом исследования выступают действующие нормы законодательства о банкротстве, доктринальные подходы ученых по данному вопросу и материалы судебной практики. Цель исследования - определить правовые проблемы включения криптовалюты в конкурсную массу. По результатам анализа действующего законодательства и судебной практики выявлены правовые проблемы и предложены пути их решения. Полученные в ходе настоящего исследования результаты имеют научную ценность и могут быть использованы для совершенствования законодательства о банкротстве.
(Хорошавин М.Ю.)
("Цивилист", 2024, N 4)В настоящее время наблюдается тенденция роста объемов транзакций криптовалюты. Криптовалюта как объект гражданских прав все больше проникает в различные сферы гражданских правоотношений, включая финансовые операции, инвестиции и онлайн-торговлю. В статье рассматривается вопрос включения криптовалюты как имущества в состав конкурсной массы должника при банкротстве, ставший актуальным в современной судебно-арбитражной практике. Предметом исследования выступают действующие нормы законодательства о банкротстве, доктринальные подходы ученых по данному вопросу и материалы судебной практики. Цель исследования - определить правовые проблемы включения криптовалюты в конкурсную массу. По результатам анализа действующего законодательства и судебной практики выявлены правовые проблемы и предложены пути их решения. Полученные в ходе настоящего исследования результаты имеют научную ценность и могут быть использованы для совершенствования законодательства о банкротстве.