Ответственность экспедитора за повреждение груза
Подборка наиболее важных документов по запросу Ответственность экспедитора за повреждение груза (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2022 год: Статья 7 "Основания и размер ответственности экспедитора перед клиентом за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза" Федерального закона "О транспортно-экспедиционной деятельности""Исходя из указанной нормы, одним из существенных условий для возложения на экспедитора ответственности за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза до выдачи его получателю является факт принятия груза экспедитором, который имеет место как в случае принятия груза непосредственно экспедитором, так и в случае возложения им обязанности по принятию груза на третье лицо."
Подборка судебных решений за 2023 год: Статья 7 "Основания и размер ответственности экспедитора перед клиентом за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза" Федерального закона "О транспортно-экспедиционной деятельности"
(Арбитражный суд Уральского округа)СТАТЬЯ 7 "ОСНОВАНИЯ И РАЗМЕР ОТВЕТСТВЕННОСТИ
(Арбитражный суд Уральского округа)СТАТЬЯ 7 "ОСНОВАНИЯ И РАЗМЕР ОТВЕТСТВЕННОСТИ
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Практика Арбитражного суда Северо-Западного округа по спорам, связанным с договором перевозки груза и транспортной экспедиции
(Васильева Н.В.)
("Арбитражные споры", 2020, N 1)ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПЕРЕВОЗЧИКА И ЭКСПЕДИТОРА ЗА УТРАТУ,
(Васильева Н.В.)
("Арбитражные споры", 2020, N 1)ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПЕРЕВОЗЧИКА И ЭКСПЕДИТОРА ЗА УТРАТУ,
Статья: Принцип добросовестности в судебной практике разрешения споров, связанных с перевозкой грузов, пассажиров и багажа
(Микрюков В.А., Микрюкова Г.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2020, N 1)Весьма примечательное отражение получил принцип добросовестности в подходе Верховного Суда РФ к решению проблемы разграничения обязательств перевозчика и экспедитора. Значение правильного установления правовой природы заключенного между сторонами договора по поводу перевозки груза трудно переоценить: этим определяется круг обязанностей и пределы ответственности транспортной организации перед контрагентом и иными участниками соответствующих отношений. Особую важность выявлению юридических характеристик соглашений в сфере перевозки придает разъяснение Верховного Суда РФ о том, что отсутствие или пороки транспортной накладной сами по себе не означают признания договора перевозки груза незаключенным или недействительным, в этом случае наличие между сторонами договорных отношений может подтверждаться иными доказательствами (п. 20 Постановления N 26). В то же время иные доказательства с учетом разнообразия возможного содержания (многомодельности) договора транспортной экспедиции могут привести к признанию заключенного между сторонами соглашения именно экспедиционным договором, а не договором перевозки груза. Это может вообще снять с экспедитора ответственность за утрату, недостачу, повреждение (порчу) груза перевозчиком, если в силу договора экспедитор был обязан выполнять только такие отдельные функции грузоотправителя, как, например, осуществление расчетов с перевозчиком либо подготовка документов, необходимых для перевозки <12>. Напротив, на экспедитора, взявшегося не только выполнить отдельные операции, связанные с перевозкой груза, но и организовать и или осуществить ее, возлагается гораздо больше обязанностей, чем на перевозчика по договору перевозки груза. В частности, экспедитор в силу прямого указания Федерального закона от 30 июня 2003 г. N 87-ФЗ "О транспортно-экспедиционной деятельности", принимая груз от клиента, обязан проверять информацию об условиях перевозки груза, а также иную информацию, необходимую для исполнения экспедитором своих обязанностей, и несет ответственность за нарушение этой обязанности как перед клиентом, так и перед привлекаемым им к исполнению обязательства фактическим перевозчиком. Экспедитор, самостоятельно перевозящий груз, отвечает перед клиентом на общих основаниях (гл. 41 и 25 ГК РФ), а не ограниченно, как перевозчик по договору перевозки груза (гл. 40 ГК РФ). Экспедитор, непосредственно не осуществлявший перевозку, но каким-либо образом выразивший намерение гарантировать сохранную доставку груза, по мнению Верховного Суда РФ, может быть привлечен клиентом к солидарной ответственности с фактическим перевозчиком. Располагая знаниями об иных основаниях и размерах ответственности по договору транспортной экспедиции, недобросовестные транспортные организации избегают должным образом именовать заключаемые с клиентами соглашения, часто не используют или неправильно используют легальные обозначения сторон либо оформляют лишь отдельные действия по исполнению обязательства не содержащими достаточных сведений о природе договора документами (актами, расписками, квитанциями). Во всех таких ситуациях судам рекомендовано при квалификации правоотношений участников спора исходить из признаков договора, предусмотренных гл. 40 и 41 ГК РФ, независимо от наименования договора, названия его сторон и т.п., то есть выявлять их действительную волю в конкретных обстоятельствах заключения и исполнения договора (п. 26 Постановления N 26). Последовательно применяя выработанные Верховным Судом РФ общие правила толкования договора (п. п. 43 - 46 Постановления Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора"), суды в случае сомнения в квалификации транспортного договора вправе понимать его в пользу контрагента транспортной организации как стороны, профессионально осуществляющей деятельность в сфере перевозки.
(Микрюков В.А., Микрюкова Г.А.)
("Вестник арбитражной практики", 2020, N 1)Весьма примечательное отражение получил принцип добросовестности в подходе Верховного Суда РФ к решению проблемы разграничения обязательств перевозчика и экспедитора. Значение правильного установления правовой природы заключенного между сторонами договора по поводу перевозки груза трудно переоценить: этим определяется круг обязанностей и пределы ответственности транспортной организации перед контрагентом и иными участниками соответствующих отношений. Особую важность выявлению юридических характеристик соглашений в сфере перевозки придает разъяснение Верховного Суда РФ о том, что отсутствие или пороки транспортной накладной сами по себе не означают признания договора перевозки груза незаключенным или недействительным, в этом случае наличие между сторонами договорных отношений может подтверждаться иными доказательствами (п. 20 Постановления N 26). В то же время иные доказательства с учетом разнообразия возможного содержания (многомодельности) договора транспортной экспедиции могут привести к признанию заключенного между сторонами соглашения именно экспедиционным договором, а не договором перевозки груза. Это может вообще снять с экспедитора ответственность за утрату, недостачу, повреждение (порчу) груза перевозчиком, если в силу договора экспедитор был обязан выполнять только такие отдельные функции грузоотправителя, как, например, осуществление расчетов с перевозчиком либо подготовка документов, необходимых для перевозки <12>. Напротив, на экспедитора, взявшегося не только выполнить отдельные операции, связанные с перевозкой груза, но и организовать и или осуществить ее, возлагается гораздо больше обязанностей, чем на перевозчика по договору перевозки груза. В частности, экспедитор в силу прямого указания Федерального закона от 30 июня 2003 г. N 87-ФЗ "О транспортно-экспедиционной деятельности", принимая груз от клиента, обязан проверять информацию об условиях перевозки груза, а также иную информацию, необходимую для исполнения экспедитором своих обязанностей, и несет ответственность за нарушение этой обязанности как перед клиентом, так и перед привлекаемым им к исполнению обязательства фактическим перевозчиком. Экспедитор, самостоятельно перевозящий груз, отвечает перед клиентом на общих основаниях (гл. 41 и 25 ГК РФ), а не ограниченно, как перевозчик по договору перевозки груза (гл. 40 ГК РФ). Экспедитор, непосредственно не осуществлявший перевозку, но каким-либо образом выразивший намерение гарантировать сохранную доставку груза, по мнению Верховного Суда РФ, может быть привлечен клиентом к солидарной ответственности с фактическим перевозчиком. Располагая знаниями об иных основаниях и размерах ответственности по договору транспортной экспедиции, недобросовестные транспортные организации избегают должным образом именовать заключаемые с клиентами соглашения, часто не используют или неправильно используют легальные обозначения сторон либо оформляют лишь отдельные действия по исполнению обязательства не содержащими достаточных сведений о природе договора документами (актами, расписками, квитанциями). Во всех таких ситуациях судам рекомендовано при квалификации правоотношений участников спора исходить из признаков договора, предусмотренных гл. 40 и 41 ГК РФ, независимо от наименования договора, названия его сторон и т.п., то есть выявлять их действительную волю в конкретных обстоятельствах заключения и исполнения договора (п. 26 Постановления N 26). Последовательно применяя выработанные Верховным Судом РФ общие правила толкования договора (п. п. 43 - 46 Постановления Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора"), суды в случае сомнения в квалификации транспортного договора вправе понимать его в пользу контрагента транспортной организации как стороны, профессионально осуществляющей деятельность в сфере перевозки.
Нормативные акты
Федеральный закон от 30.06.2003 N 87-ФЗ
(ред. от 18.03.2020)
"О транспортно-экспедиционной деятельности"Статья 7. Основания и размер ответственности экспедитора перед клиентом за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза
(ред. от 18.03.2020)
"О транспортно-экспедиционной деятельности"Статья 7. Основания и размер ответственности экспедитора перед клиентом за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза
"Обзор судебной практики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2017)Таким образом, на основании абзаца второго статьи 803 ГК РФ и пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 30.06.2003 N 87-ФЗ "О транспортно-экспедиционной деятельности" (далее - Закон о транспортной экспедиции), компания приняла на себя обязательство по доставке груза и должна нести ответственность за его утрату в процессе перевозки. Однако эти обстоятельства не были проверены судами первой и апелляционной инстанции. Вывод судов о том, что законодательная конструкция договора транспортной экспедиции не предполагает ответственности экспедитора за утрату, недостачу и повреждение груза в процессе перевозки, противоречит названным положениям ГК РФ и Закона о транспортной экспедиции.
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2017)Таким образом, на основании абзаца второго статьи 803 ГК РФ и пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 30.06.2003 N 87-ФЗ "О транспортно-экспедиционной деятельности" (далее - Закон о транспортной экспедиции), компания приняла на себя обязательство по доставке груза и должна нести ответственность за его утрату в процессе перевозки. Однако эти обстоятельства не были проверены судами первой и апелляционной инстанции. Вывод судов о том, что законодательная конструкция договора транспортной экспедиции не предполагает ответственности экспедитора за утрату, недостачу и повреждение груза в процессе перевозки, противоречит названным положениям ГК РФ и Закона о транспортной экспедиции.